Ноги

Ольга Ратновская -- владелица и редактор

      газеты Новости Филадельфии

***

Когда в обилии друзья,
А жизнь струится без прожилок,
Зачем же ты, меня дразня,
Взяла и ноги обнажила.

Ведь красота как будто клад
Живет для всякого режима
И кто-то ей, как счастью рад,
Кому она не достижима.

Иной в ногах, другой меж ног
Свой путь до счастья пролагает,
А тот, кто ничего не смог,
Лишь только красоту алкает.

А то у женщин и маршрут
Один бывает между разных,
Давать такие не дают,
А только недаваньем дразнят.


Ноги

Нет слов. Молчу. Уста пусты
От столь волшебной красоты.
Лишь мысль, вспорхнувшая давно,
Кому меж них побыть дано,
Минуты счастья сторожа,
В раю с тобою полежать.
Струится жизнь, а где изъян?
Достоин счастья только Ян.
Как сложен с виду мир простой,
Чтоб управляться с красотой.

животные

    Я и Пебл

Собака

Сонет 321. Собака

Событий прошлых долетает гул.

А, может быть, прочитанная повесть.

Собака эта точно ли питбул,

Иль близкая замешанная помесь.

Каким судьба владеет рычагом,

Кому и кто окажется вдруг милым,

Собака эта, ну, из ничего

Его за что-то сразу не взлюбила.

Откуда было этой суке знать

И, ничего не ведая о прошлом,

На заднице, на лбу ль увидеть знак,

Чтоб засчитать за это нехорошим.

Сознаньем управляет бытие,

А что ведет собачее чутье.

2015

Хилая осина

Хилая осина. Склон оврага.

Свалка хлама сверху бережком.

Ниже околевшая собака,

Чуть припорошенная снежком.

Горькая бездомность. Как-то страшно,

Не познав жилища теплый чад,

Подыхать с того, что ты домашней

Вывелась, жила не одичав.

След тащился вязким и глубоким,

В тишине, не воя, не крича,

Ты легла голодной одинокой

Под сугроб в свой самый жуткий час.

Где та сука, что тебя носила,

Где кобель гуляет, что зачал.

Склон оврага. Хилая осина –

Твой последний жизненный причал.

1986

Сонет 327

Когда хозяйка бэби родила

И на нее пошла любовь и радость,

Собачка взревновала, не могла

Протиснуться куда-то к бэби рядом.

Каких чудес не счесть, не перечесть,

Что хорошо, а что-то очень плохо.

Собачка эта перестала есть

И потихоньку от тоски издохла.

Как много окружает нас людей,

А на полях колышет ветер злаки,

Я думаю, покуда нет детей,

Не заводите вместо них собаку.

Хотя гремит еще веселья смех,

А вот любви достанет ли для всех.

2015

Кошка

Сонет 147. Катя и кошка

Я стою, гляжу в окошко,

А со мною рядом кошка

В колобок, скрутясь, лежит,

Подоконник сторожит.

Катя кошку эту любит,

Кормит, поит и голубит,

Свежим воздухом дышать

Выпускает погулять.

Катя любит кошку гладить,

Любит шею ей чесать.

Кошка ласки этой ради

Залезает к нам в кровать.

Катя кошку, знаю я,

Любит больше, чем меня.

2005

Кошка

Я бы мог еще немножко

Жизнь чуть-чуть продлить твою,

Но тебя я нынче, кошка,

В руки Бога отдаю.

Стали слезы горько литься –

Ручейки из мокрых глаз.

Знаю, знаю: я убийца,

И совсем не в первый раз.

Мне такому не учиться.

Не судьбы переворот.

Родной матери в больнице

Отключал я кислород.

И моя наступит смена,

Не почтут почти за труд,

Как трухлявое полено,

На кладбище повлекут.

Я бы мог еще немножко

Жизнь чуть-чуть продлить твою,

Но тебя я нынче, кошка,

В руки Бога отдаю.

2007

Сонет 373

                          Теодоре и Артуру

У птицы рождалось прекрасное пенье,
С чего-то такого, молчанье нарушив,
Начав с щебетанья, являло уменье
И звуки все громче, и чище, и лучше.

А ты ежедневно, вернувшись с работы,
Шел к клетке и с птичкою вел разговоры,
И птица узнала и что ты, и кто ты,
И новые в песнях звучали узоры.

Так было, но все поменялось немножко
И жизнь изменила свои ритуалы,
В жилье появилась красивая кошка,
Тебя возле двери сидела, встречала.

И ревность обидная птицу достала,

Гляди, канарейка вдруг петь перестала.

2017

Сонет 421. Кошка Анастасия

Животное не станет говорить

По просьбе или даже под угрозой,

Но если что-то у него болит

Покажет это действием и позой.

Ужели, люди, не понятно вам,

Должны вы были догадаться сами,

Мочиться стала кошка на диван,

На вас глядеть огромными глазами.

Казалось, непонятный коверкот

И догадаться было бесполезно,

Что кошка неминуемо помрет

От почечной случившейся болезни.

Догадками заполнено лукошко,

Что вам сказать тогда хотела кошка.

2018

Молох

    Молох. Жертвоприношение

Молох

Сегодня не узнать, что означает молох.

Не то ли ритуал, не то ли Молох – бог.

Вот ясно для меня, возьмите, серп и молот,

А с молохом кого позвать, чтобы помог.

Искусство для себя потребует картину.

Здесь образ, как всегда: со знаменем вперед.

Поэтому и я такой же путь прикину,

Что Молох – это Бог, точней, рогатый Черт.

Устроился сидит над огненной гиенной

И собирает жертв обильный урожай,

Не хочет стариков, уже судьбой согбенных,

Сидит рогатый Черт – младенцев подавай.

И вот живой народ несет своих младенцев,

Чтоб бросить их живьем в пылающий огонь.

О люди, между нас так много извращенцев,

И каждый говорит: я верую – не тронь.

Искусство для себя потребует картину.

Здесь образ, как всегда: со знаменем вперед.

А нынче, погляди, создали Хиросиму.

Где лучше ритуал? Сам черт не разберет.

2013

Минотавр

Пасифая

И кто ты такая была, Пасифая,

Брожу в интернете и мифы листаю.

А что там узнаю, не мало, не много.

Была ты, как сказано, дочерью Бога.

Была ты еще, также там говорится,

Супругой царя, то есть, значит, царица.

Считаю, не счесть, счет забросил устало,

Как много детей ты ему нарожала.

И все же за что, по чьему указанью

Тебе довелось понести наказанье.

Как кара, как плата наложенной дани

Отдаться быку накатило желанье.

И что ты решила, и что загадала,

На помощь умельца позвала, Дедала.

И следуя этому высшему зову,

Тебе он из дерева сделал корову.

Осталось в корове тебе разместиться,

С желанным быком чтобы совокупиться.

Картину в словах описать очень сложно

И даже скажу я, почти невозможно.

Ведь женские чувства не вынуть из тени,

Не знаешь, что чувствует баба на члене,

Не знаешь, как плещет по телу истома,

А слышишь лишь крики невнятного стона.

И что теперь думать о бабе кричащей,

Лежащей с засунутым членом бычачим.

Уж лучше подумать, читатель-мечтатель,

Какой был прекраснейший изобретатель.

Когда ты рожала, не били в литавры,

Родить родила ты тогда Минотавра.

Я эту историю сжато и кратко

В стихах изложил, так сказать, для порядка.

Мораль. Для коротких минут наслаждений

Как много по жизни пройдешь злоключений.

Но если при этом не будешь царицей,

То, может, и этого не сотворится.

Тесей

Казалось, в морали достаточно строчек

И нету загадочных здесь многоточий,

Но жизнь, как известно, сплошное движенье

И каждому шагу грядет продолженье.

А всякому празднику выпадет кара:

Взрастить вурдалака теперь Минотавра.

Ведь как не крутись, а в любом из наречий

Был выродок этот по роду царевич.

Чтоб был этот ужас хотя бы укрытым,

Дедаловым скрыли его лабиринтом.

От матушки родной живет недалече,

Но мясом питается лишь человечьим.

Одно только мясо, ни хлеба, ни кекса,

Но девушек требует тоже для секса.

И вот угодить чтобы монстра желанью,

Теперь населенье обложено данью.

Свести в лабиринт в срок, ни раньше, ни позже

Семь девушек надо, семь юношей тоже.

Но ужас есть ужас, он ужасом реет

И вот долетает до слуха Эгея.

Убить Минотавра – простая идея.

Эгей посылает на дело Тесея.

Под парусом черным качается судно,

Пусть ветер до Крита гуляет попутный.

И если успехом закончится дело,

Назад возвращайтесь под парусом белым.

Зайдешь в лабиринт, а назад как? Забота.

Привязана нить Ариадны у входа.

Убит Минотавр и с прекрасною девой

Обратно, забывши про парус свой белый.

Тревога грызет и терзает Эгея,

Стоит на скале, ожидая Тесея.

Далек горизонт, вдалеке показалось

Знакомое судно, но черный там парус.

Погиб, значит, сын и страдания полный

С высокой скалы Эгей бросился в волны.

Свой суд совершило нелепое горе,

Эгейским с того называется море.

А где же мораль. Существует веками.

Не трахайтесь, бабеньки, все же с быками.

Пол Манафорт

Сонет 419. Пол Манафорт

Еще не кончен бал, но высветился фокус.
Здесь вовсе не игра, в которой чёт - нечёт,
Отсутствовал всегда, всегда моральный компас,
Всегда преобладал лишь денежный расчёт.

Еще не кончен бал, лишь первые абзацы
Одной из вечных саг, грязь всасывая всласть,
Описывают, как он помогал мерзавцам,
Прокладывая путь, чтоб захватили власть.

Еще не кончен бал, но все же справедливость
Бывает достает зашедших за предел.
И, может, высший суд закончится красиво,
Чтоб этот Манафорт уж больше не смердел.

Еще не кончен бал, но высветился фокус:
Отсутствовал всегда, всегда моральный компас.


K. Riva Levinson
I worked for Manafort. He always lacked a moral compass.

Персей

Персей и Андромеда. Алина Рачкова, 8 лет

Крылатые сандалии

Персея над землей

Из беспредельной дали

Несли теперь домой.

Летел почти без груза,

Мешок, как мишура,

Лишь с головой Медузы,

Отрезанной вчера.

Ни корабля, ни лодку

Не видно на волне.

А только что красотку

Прибитую к скале.

Девица по-простому

Сказала: это я

Чудовищу морскому

Пожертвованная.

А мысль была такая,

Как монстр меня сожрет,

Он от родного края

Навеки уплывет.

Пошла вода пениться

И мерзкая напасть

Направилась к девице,

Ощеривая пасть.

Персей, глядит, огромный

Все ближе кровосос

И голову Горгоны

Поднес ему под нос.

И надо же случиться,

Как загадал удел,

Что монстр вдруг начал биться,

Затем окаменел.

Персей, узрев победу,

Девицу расковал.

Ты кто? Я Андромеда.

Идем, с собою взял.

Финал нам, люди, ведом,

Их жизнь любви полна.

Ведь стала Андромеда

Персеева жена.

Закончу сказку эту

Всем напастям на страх,

Созвездья Андромеды

С Персеем ─ в небесах.

2018

Даная. Предсказание

Царю оракул так вестимо,

Как в руки передал из рук:

Коль народит Даная сына,

Тебя убьет родимый внук.

Царь принял мудрое решенье,

Не долго, думая, решил

И дочь отправил в заключенье,

Чтоб с ней никто не согрешил.

К какой ужасной, несчастливой

Судьбе папаша дочь привел,

Ведь сам Дедал контрацептивы

Тогда еще не изобрел.

И что теперь от жизни надо,

Отнюдь не нужен злата клад,

Когда уж больше нету слада

С желаньем сладостных услад.

Пришло великое мгновенье,

Сквозь бронзу, крепче чем гранит,

Сам Зевс для удовлетворенья

К Данае влез, в нее проник.

Здесь сказки этой всей начало,

Начало сказки этой всей,

Даная, застонав, зачала,

Чтоб позже родился Персей.

Когда-то царь забрался в сенцы

И грянул будто страшный шок,

Царь услыхал вдруг плач младенца

И понял, что произошло.

Чтоб избежать судьбы ледащей

Злой предуказанный удел,

Затиснул дочь и внука в ящик

И в море выбросить велел.

Но предсказанию в угоду

Осуществляло время бег,

Чтоб ночью в тихую погоду

Груз отнести на дальний брег.

Пришло чудесное спасенье.

Наука неким из наук.

Я пропускаю приключенья,

Что совершил великий внук.

Промчались годы. Все же, все же

Осуществился как зарок?

Метая диск, внук деду в ложе

Случайно ль голову рассек.

Кинжал

Сонет 415

Как долго в столе на меже пролежало

Не знавшее жалости жало кинжала.

А жизнь пробежала и даль обнажила,

Что жало кинжала лежало, не жило.

И пустынь забвенья покрылась травою,

Как острое слово, не взятое мною.

Там ходит по плоскости гладкой и плоской

Старик безмашинный и носит обноски.

И веет над дедом тоска и разлука,

И  злоба, кусает меня словно сука.

А вслед за убогостью пялится жалость,

Чтоб жало кинжала в столе пролежало.

А жизнь пробежала и даль обнажила,

Что жало кинжала лежало, не жило.

2018

Сонет 109

Ты нож точил, точил день ото дня.

И дело шло ни шатко и ни валко.

Собрался резать, думаю, меня,

Да, впрочем, ты особо не скрывался.

Ты нож точил, точил день ото дня.

Одна забота. Только этим жил ты.

Но нож вдруг не послушался тебя,

Рассек ладонь тебе и где-то жилы.

Ни пальцами уж не пошевелить

И кровь из раны продолжала литься.

Пришлось врачей о помощи просить,

Пришлось лежать и мучиться в больнице.

Известно ведь: другим не ройте яму,

Легко влететь туда самим упрямым.

2000

Рогнеда

Я не хочу разуть раба,

Чтоб ноги мыть пред ночью брачной.

Рогнеда гордые слова

Произнесла столь неудачно.

Владимир грозным подлецом

Взял Полоцк, празднуя победу,

И перед матерью с отцом

Он изнасиловал Рогнеду.

И чтобы дело завершить,

И словно утверждая кредо

Тотчас, немедля порешить

Князь приказал родных Рогнеды.

Так потекла иная жизнь,

За годом год, что год, то роды.

Не одолеть весь реализм,

Законы сущие природы.

Но сердце жгла, терзая, месть,

Пока не вырвалась наружу.

Кинжал в руках, чтоб умереть

Столь опостылевшему мужу.

Успел спросонья все же князь

Схватить жены живую руку

И распаляясь, озверясь,

Собрался сам зарезать суку.

Но между матерью с отцом

Встал Изяслав – мальчонка малый,

С мечом встал гордым храбрецом,

Жизнь этим сохранив для мамы.

2014

Скифский обычай

Стал старый серый скиф худым, ввалились очи.

Лежал, не выходил из ветхого шатра.

Огонь не согревал. Похолодало очень

И день не потеплел ни капельки с утра.

Под вечер собрались у скифа дети, внуки.

Расселась у огня родня: и стар, и мал.

Сгустился над землей прощальный час разлуки,

Старик не говорил, не плакал, не страдал.

Лежал, не вспоминал военные походы,

От боли не кричал до натяженья жил,

Но умирая знал: за прожитые годы

Он праздничную смерть всей жизнью заслужил.

Поднялся старший сын началом ритуала.

Натянутой стрелой с земли и до небес

И, воспарив в выси, пал молнией кинжала

На сердце старика, вмиг обагрив эфес.

Ночь, распустив косу, склонилась над равниной.

Дымящийся котел таил в себе тоску,

Там мясо старика помешано с кониной,

Чтоб каждый, кто пришел, отведал по куску.

Кто умерших впитал отжившее мышленье,

Кто мудрость воспринял отсветом их идей,

Тот без труда поймет, зачем не погребенье,

А поеданье тел водилось у людей.

Но если в темноте за пологом алькова

Земная твердь пойдет просторами морей,

Грядущая судьба, не допусти такого,

Чтоб стали мясо жрать с костей живых людей.

1977

У памятника М. Лермонтову

В Пятигорске

Правда-матушка далече;

Но падет не в бровь, а в глаз.

Горцев русские калечат,

Захватить пришли Кавказ.

В поэтическом пареньи

Не видна была гора.

Протрубили наступленье,

Взвод, вперед! За мной! Ура!

За монаршее прощенье

Всех быстрей ты побежал,

Обагрив в крови мгновенья

Свой блистающий кинжал.

Поумнели, видно, годы:

Пасть для дяди не хотим.

В Пятигорске льются воды

Притворившимся больным.

Разнялась душа на части.

Пусть таким тебя пойму.

Или ты желаешь счастья

Лишь народу своему?

Где очаг родного дыма?

Разве здесь? С каких-то пор?

Постамент неумолимо

На чужое очи впер.

1977

 Баллада 21. Три смерти

Ложе. На ложе безжизненный труп.

Вечером ветер бесчувственный груб.

Федра глядит – жизнь на части разбита.

Нету мечты, уже нет Ипполита.

В сердце вонзается жало кинжала,

Кончилась жизнь ее, смерть прибежала.

В разных пределах свои рубежи –

Значит любовь стоит больше, чем жизнь.

Поезд въезжает на путь подъездной.

Анна на рельсах. Ни холод, ни зной.

Быстро была ее песенка спета,

Муж не простил – наступила вендетта.

Терпок злой вкус паровозного дыма

Только с того, что была не любима.

В разных пределах свои рубежи –

Значит любовь стоит больше, чем жизнь.

Тает у берега снежный сугроб,

Гроб ледяной, ледяной это гроб.

Все же пропажу былую находят –

В снежном сугробе останки Володи.

Тело в машину. Сирена не взвыла.

Вову любимая не полюбила.

В разных пределах свои рубежи –

Значит любовь стоит больше, чем жизнь.

Ты меня бросила, лучше другой.

Радуга в небе сияет дугой.

В разных пределах свои рубежи –

Стоит любовь твоя меньше, чем жизнь.

2012