Сонет 217

Летал седой бескрылый лох
По трассе автоавиаций
Лишь оттого, что уж не мог
Один в квартире оставаться.

Картин пространственный настил,
Искусства пыльная страница
Уж не давали больше сил
От одиночества укрыться.

Я больше, милая, не мог
Жить в этом набежавшем тлене
И потому у женских ног
Стал опускаться на колени.

Тогда любовных песен пенье
Дарило миг отдохновенья.

Сережки

Здесь у края узенькой дорожки,
Там, где реют Божьи купола,
Две лежали желтые сережки,
Девушка которые сняла.

Наша жизнь всегда бежит по кругу,
Кто же в этом, кто же виноват,
Девушка любила очень другу
Уши подставлять поцеловать.

А потом смешались ручки, ножки,
Жатвы перезревший урожай,
И остались около дорожки
Две сережки жалостно лежать.

Я люблю тебя, моя отрада,
Хочешь верь, а хочешь мне не верь.
Думаю, что чаще в жизни надо
Оставаться с мелочью потерь.

Впрочем, может, было все иначе,
Прошлое узнаешь разве -- дым.
Девушка, возможно, горько плачет
Где-то по сережкам золотым.

Тень

Я шел под солнцем. Тень плыла
И отделилась вдруг от тела.
Какие странные дела,
Я что тебе плохого сделал.

Театр. Сцена. Мастера
Играют. Вижу из партера,
Но ход событий потерял.
Я что тебе плохого сделал.

Чего ты хочешь от меня.
Прийди, возьми, коль исполнимо.
Часы торопятся, звенят,
Но пролетают мимо, мимо.

Чего ты хочешь? На ферзя.
Возьми, хоть все, во что не верю.
Я приготовлю для тебя --
Возьми Китайскую Империю.

Как будто идол золотой
Коррозия, как ржа разъела,
Изъела, съела. Тень за мной
Шла и отстала вдруг от тела.

Не размотать тугой клубок,
Не выбившись чуть-чуть из ритма,
Пусть к слову вечному --  любовь,
Теперь другая будет рифма.

Сонет 213. Е.Г.Боннэр

Я гражданин, мне Америка рай.
Тебе что ли вид на жительство?
Не захотела брать эс-эс-ай
От моего правительства.

Ясно: не резал безденежье нож
Ни по какому поводу,
Все же похоже на выпендреж,
Где-то привитый смолоду.

Или возьмите ЭС-ЭН Хрущев.
Совсем уж другие темпы.
Я, говорит, эс-эс-ай и еще
К нему получаю фудстемпы.

Я гражданин, мне Америка рай.
Главное -- это иметь эс-эс-ай.

Сонет 207. А.Пекуровская и С.Довлатов

Литература тянет свою нить,
В мешке хранит свое гадючье жало.
Вот так ружье, хоть сколько б не лежало,
А все же может насмерть застрелить.

Писателю судьба -- до рубежа,
Чтоб оказаться донага раздетым.
В сырой земле тогда б уже лежать
И не узнать попутные наветы.

Никто не избежал -- таков удел,
Но чтоб от той, делил с которой ложе.
Проходит все же где-то там предел,
Который ведь еще не уничтожен.

Литература тянет свою нить --
Из лабиринта выход сохранить.

Колумбарий

Здесь участок чуть-чуть от края
Основного массива могил.
Колумбарий. Ячейка. Я знаю --
Счастья я тебе не подарил.

Стенка ровно разбита на части
К ней винтами прикрученных плит.
Жизнь прожить без причастности к счастью.
Выпит кубок, хоть был не налит.

Не спросить у тебя, не ответить,
Без замка, только в горле комок.
И обыденно солнышко светит,
В небе облачка легкий дымок.

Здесь участок чуть-чуть от края
Основного массива могил.
Колумбарий. Ячейка. Я знаю --
Счастья я тебе не подарил.

Кате

Прости меня, мой друг былой,
Что я, оставшись без опоры,
Уж не поднялся снова в горы,
А вниз скатился в перегной.

Где, продолжая путь земной,
Не выдержал дорожной тряски,
Плачу за грамм фальшивой ласки
Вполне реальною ценой.

Нам всем в конце пути гранит,
Лишь только разного размера,
Но в жизни черной смерти сфера
Мне сердце болью кровенит.

При свете солнечного дня
Я больше белый свет не вижу
И край земной все ближе, ближе,
Чтоб где-то там достичь тебя.

Прости меня, мой друг былой,
Что я, оставшись без опоры,
Уж не поднялся снова в горы,
А вниз скатился в перегной.

Душ

Душ жарким потоком на тело обрушив,
Я грязь отмываю, протопав по луже,
Но в душе помоешься только снаружи,
Как жалко, что в душе не вымоешь душу.

Не вымоешь душу водой из-под крана
Хоть умный ты или тупее барана
И вряд ли когда-нибудь поздно ли рано
В душе зарубцуется острая рана.

О добрые люди, не будьте, как гунны,
Не рвите чужие душевные струны,
Ведь даже и поиски некой фортуны
Окажутся действием, сделанным втуне.

День матери

Нас окружают призрачные тени
И льется серый сумеречный свет.
И мы когда-то были между теми,
Которых нынче между нами нет.

Весна цветет. Прекрасная погода.
Чего же не стою среди могил.
Прости, родная, что я день ухода,
Твой день ухода, мама, позабыл.

Подходит срок последнего приюта
И завершится жизненный маршрут.
Не будет много надо мною люда,
Да и родные тоже не придут.

Нас окружают призрачные тени
И льется серый сумеречный свет.
И мы когда-то были между теми,
Которых нынче между нами нет.

Эхо

Эхо

--Позабудь со мной утехи,
Ждут тебя печаль и грусть --
Ты сказала, -- Я не эхо,
Раз ушла уж не вернусь.

Мы от пункта А повсюду
Держим путь до пункта Б.
Я не эхо и не буду
Скорой помощью тебе.

Рвется жизни ткань. Прореха
Больше кажется любой.
Все же эхо носит смеха
Всплохи, смеха надо мной.

2010


Слезы

Ты снова плачешь у меня
Каким-то слабым всплохом эха,
Утеха прожитого дня,
Чего-то прожитого веха.

Лицо померкшей красоты
Набито ботоксом под кожей.
Мои угасшие мечты
Мне душу больше не тревожат.

Ну кто ты, Тата, о ля-ля.
И не подумай -- речь сурова.
Нет, только, пожалев тебя,
Не ставлю нужное здесь слово.

Но все же прошлое, звеня,
Напомнит... Ангел белокрылый,
Ты помнишь, как боясь меня,
Мне все же счастье подарила.

Ты снова плачешь у меня
Каким-то слабым всплохом эха,
Утеха прожитого дня,
Чего-то прожитого веха.

2011

Лодка

Лодка плоскодонная,
Некуда причалить.
Память многотонная
Все хранит печали.
Жизнь уже на донышке,
Мало, аж обидно.
Погляди на солнышко --
Пятнышек не видно.

Под тугими веслами
Только скрип уключин,
Через бурю грозную --
Плыть благополучно.
Догрести до берега,
Только бы не мимо,
Больше, чем Америка,
Мною ты любима.

Суша! Ах дороженька,
Глянь, перед порогом
На ступеньках ноженьки
Под твоим уроком.
Нету места прочерку,
Не покрытым лестью.
Хоть бы только ноченьку
Мне с тобою вместе.

Пророк

Тяжелою ношей на сердце лежит
И держит все время мне нервы под током
Печальная участь родиться пророком,
О будущем думать и в прожитом жить.
Печальная участь, отметина роком,
Подспудную грязь различать ненароком.

Зачем, походя, замечать у людей,
Каким проходящий страдает пороком,
Зачем задаваться негаданным сроком
В грядущую даль уводящих путей.
Печальная участь, отметина роком,
Предвидеть свое расставанье с порогом.

Зачем обличать ненаучную блажь,
Пытаясь бороться с ревущим потоком,
Чтоб позже, стoлкнувшись с известным итогом,
Все дальше тащить бесполезный багаж.
Печальная участь, отметина роком,
Свой труд облагать отмененным оброком.

Зачем понимать отчего, почему
Иному народу под пушечный рокот
Величье истории, видимой оком,
Иль жалость свершений в делах по всему.
Печальная участь, отметина роком,
Когда даже купля билета морока.

1977

Боль

Особенно бывает больно или
Слетают напрочь оболочки шор,
Когда обидят те, кого любили,
К которым относились хорошо.

Пусть невзначай, как будто не нарушив
Приличий и совсем белым бела,
Ты бросила немного грязи в душу,
О Господи, какие тут дела.

Бегут года, лежат за мною мили,
Живешь себе и близко до дверей,
Но помнится, когда-то в детстве били
Всего за то, что я простой еврей.

2011

Сонет 208, Горбачеву М.С.

Ты был на вершине -- начальник России
И нам не известны мотивы хотений,
Но остов гниющей империи сильно
Разнес в историческом ходе явлений.

Ты не был священником, сбросившим ризу,
И не убоявшись явлений погоды,
Ты цепь разорвав у тоталитаризма,
Отбросил ее на ступени свободы.

Ты не был тираном, сказать, в полной мере,
И вряд ли ты в спальне спал под оберегом,
Не знаю во что там ты верил, не верил,
Но нынче остался живым человеком.

Пускай еще злобствуют разные твари,
Я лично тебе, Горбачев, блогодарен.

2011

Евреи

Сонет 196

Меняются нравы, наряды,
А жизни все тянется нить.
Долго ль евреям снаряды
К пушкам, сопя, подносить.

Или отличие веры,
Или безверья печать.
Все ж бесконечны примеры.
Петь или в горе молчать.

Крутится, мчится планета,
Темень сменяет рассвет,
Не было, видно, ответа
Или сегодня есть. Нет.

Мерой какого же долга
Носка снарядов надолго.

2010


Сонет 197. Белокудрая отрава

Чтобы от смерти родных увести,
Преодолев жизни напасть,
Ты изменила весь жизненный стиль --
Стала агентом гестапо.

Смысл работы твоей был таков:
Ты Божьим ангелом рея,
Искала в Берлине скрытых жидов,
В гестапо сдавать евреев.

Родных все ж убили. Беда -- не беда.
Замысел, может, зеленый.
И вот ты в жизни осталась одна
Из всех, всех шести миллионов.

Черный пречерный еврейский почет.
Сколько же душ отнести на твой счет.

2010


Сонет 198. Левитан Ю.

Доселе все звонят колокола.
Куда тебя вела судьба неудержимо --
Стать рупорм преступного режима
С бесчетным счетом читанных рулад.

Над трупом мифа кружит воронье
Тугим экраном заданного фона,
Где рабство у живого микрофона
На честное накручено вранье.

Над горизонтом солнышко встает.
А круг героев уже, уже, уже.
Каким вождям твой образ ныне служит,
На чей алтарь служение твое.

Доселе все колокола звонят
С бесчетным счетом читанных рулад.

2010

Холокост

Меж собою говоря,
В день седьмого ноября
Мы гуляли, не по Хосте,
Речь зашла о Холокосте.
Как же Бог, благой снаружи,
Сотворил весь этот ужас.
Друг толдычил (будто мог
Разузнать, что думал Бог):
Бог, всемилостью владея,
Подучить решил евреев,
Ведь они, хоть в гранях меры
Отклонились все ж от веры,
И поэтому, как пост,
Им назначил Холокост.
Мысль, как краска на палитре,
Бог твой, друг мой, тот же Гитлер.
2007

Никто не даст нам избавленья
Ни Бог, ни царь и ни герой,
Добьемся мы освобожденья
Своею собственной рукой.
Интернационал

Когда Освенцим возвела Земля,
Евреев поголовно распыляя,
Скажите мне тогда какой Золя
Протестовал, сказав: Я обвиняю.

Когда Освенцим возвела Земля
И в ужасе вселенский разум замер,
Какой Всевышний защитил тебя
От газовых, народ еврейский, камер.

Мне не понять до нынешнего дня
Зачем всю жизнь, за что гасили радость
Антисемиты, туркая меня,
Какую я, "я" сделал людям гадость?

Я эту мысль доселе не догнал
И более не буду время тратить.
Я здесь спою Интернационал,
Эпиграф прочитав на автомате.
2008

Бездна

Если долго сражаться с демонами, сам станешь демоном, и если долго смотреть в бездну, то бездна начнет смотреть на тебя.
Фридрих Ницше

Лежит на полке прошлое примерно.
Теперь о нем я говорю, смеясь,
Как со своею я сражался стервой
И только в грязь свалился, остервясь.

Какой смешной я был тогда и бедный,
Был жалкий раб своих безмерных чувств.
Зачем торчать мне было перед бездной,
Которой я и по сегодня чужд.

Грядет зима, грядущие морозы
Пережевем и снова будет май,
Не хватит рифм, нальем в бокалы прозы,
Звени, весна, и, солнышко, сияй.

2010

Монро

Художник: Энди Уорхол

Что болтать об этом всуе,
только думать ежечасно.
Красота неописуе --
ма--ть--твою, как ты прекрасна.
Все же мысли захлестнули,
что назначила природа,
быть супругой одному ли,
достояньем ли народа?
Вот возьми полотна Гойи,
ходят, смотрят ротозеи,
и премьеры, и изгои,
посещают все музеи.
Нет, ответ найти не шутка --
не поплыть по водной глади.
Тебе что ли проституткой
быть иль много лучше блядью?
Ладно, вылези из тени
прояви ума палату --
лучше быть, конечно, с теми,
кто за вход взимает плату.
Голова -- одна капуста,
чтоб бесплатно дать такое,
если платят за искусство,
за натуру надо вдвое.
И прикинулась русалкой,
чешуей своей шуршала,
перегнула малость палку
у "аторней генерала".

2007

Мечеть

Мечеть
Их послать бы надо миром,
Чтоб хотя бы знали честь –
Собрались у граундзиро
Возвести свою мечеть.

Я, проверенный марксизмом,
Знаю, только дай начать
И попрутся исламизмом
Весь Манхеттен накачать.

Хитромудрая бригада,
Жизнь чужую теребят.
Возводите, если надо,
Только стройте у себя.

Хитромудрейшие люди
Обнаглели, чтоб посметь.
Возведите там в Сауде,
Где привыкли все терпеть.

Я вообще бы этим людям
Не давал бы вовсе виз,
А не то здесь, право, будет
Исламистый коммунизм.

2010


Одиннадцатое сентября

И я готовый шашкой бесшабашно
срубить с оттягом Эйфелеву башню,
лимонками разбить витрины вдрызг,
в зажравшихся колбасами нью-йорках,..
Е.А.Евтушенко, “Братская ГЭС”

Пылает огонь, чернотою навис
В разгуле, взведенным дурманом,
Змеиный оскал свой исламофашизм
Явил пораженным землянам.

И снова сегодня, как в прежние дни,
Не зная ни денег, ни акций,
Ты целишь в Манхеттен, как в Рим дикари,
Крушением цивилизаций.

Твой вклад человечеству – раз, два и три.
Ты нынче не сеешь, не пашешь.
“В Арабии сделано” – знак, посмотри,
Найдешь, хоть на чем, мне покажешь.

Не строишь заводы, не строишь дома,
Жилище твое – катакомбы.
И твой самый лучший расхожий товар –
Живые ходячие бомбы.

Возьми, вот, примеры, не будет честней,
Не будешь валить на ненастье
В Афгане что ты натворил и в Чечне,
Дорвавшись однажды до власти.

Тебе объясняли уж тысячу лет,
Устали, наверное, рано,
Твоей справедливости нету и нет
В Коране и там за Кораном.

С тобой говорить, ну какие слова,
С идущим в закланье бараном.
Гляди: на плечах, где у всех голова –
Подставка тебе для тюрбана.

Зараза, несущая людям чуму.
Ну сколько ходить молча мимо.
Я жду – не дождусь, увидать самому,
Увидеть твою Хиросиму.

Ты сам приближаешь кровавый момент.
Смотри: уже менее года.
Сомнения прочь, Господин Президент,
Пусть будет свободной Свобода.

2002



Харам
Указал, чтоб бить по мирным людям
И людьми прикрыться, вам Коран?
Залпы ваших тысячи орудий –
Преступленье, варварский харам.

Грязью перемазали Аллаха
Ваши мерзко-гадкие дела,
По тебе давно скучает плаха,
Предводитель, мерзкий Насралла.

На ступени выжившего Храма
Души убиенные взойдут,
Преступлений меру, как Саддаму,
И тебе отмерит Высший Суд.

Кто же на скамье с тобой пребудет,
Кто, какой живой апологет,
Знаю, верю – это будет Путин,
Главный поставщик твоих ракет.

2006


Катюша
Тоска по родине опять
Сегодня вылилась наружу.
Арабы начали стрелять
И я узнал свою “Катюшу”.

Израиль. Дальние края.
Россия, я тебя покинул.
Чего же ты так мерзко в спину
“Катюшей” целишься в меня.

Чего добавить мне сюда.
Я вздерну прошлое на рею.
“Катюшу” создали евреи
В давно прошедшие года.

И круг замкнулся. Не салют:
И петь осанну здесь не будем.
Под залпы тысячи орудий
Евреи по евреям бьют.

Всегда пребудет гатью гать.
Евреи русские, ну, что ли...
Лежать, сидеть или стоять
В России не играет роли.

Кончайте жать на тормоза,
Уже давно пробило время
Бежать, куда глядят глаза,
Евреи русские, евреи.

2006

Яблоко от яблони...

Сказали нам вначале,
В начале от конца,
Что сын не отвечает
За действия отца.

Зато сегодня крепок
Другой закон земной.
Родители за деток
В ответе головой.

Мужик, креститься, видно,
Пора, уж гром гремит.
Родители шахидов,
Тюрьма о вас скорбит.

Чтоб было неповадно,
Пресечь тут – не пресечь,
К ответственности надо
Вас по суду привлечь.

Мать, не упрятать шила
В мешке, забыв о том:
Ты каждого вскормила
Кровавым молоком.

Пусть будет нынче крепок
Живой закон земной.
Родители за деток
В ответе – головой.

2005

Вирсавия

Сонет 191.Давид и Вирсавия

Чужой жене груди грудью прижав,

Слить добродетель наружу,

Чтобы слаще с бабой лежать,

Еще и убить ее мужа.

А муж на войне: жизнь за царя,

Которому преданно служит,

Ни слова упрека не говоря,

Бросил в кровавую лужу.

Царь, ты навечно привязан, Давид,

Крепко привязан к славе.

Однако, как мужиков знобит

От этих и тех Вирсавий.

Как у коня под хвостом вожжа,

Кого же любить и кого уважать.

2010

Сонет 192. Вирсавия и Давид

В каждой женщине все же мечта,

Чтоб был любовник хороший:

Крупным бы был, в любви не устал,

Богатым и знатным был тоже.

Это все нынче, но, думаю, всарь

Было до этой же кучи,

Поэтому ясно - любовником царь:

Вряд ли найдешь, кого лучше.

Сразу без приступа пала скала.

Нагой раздеваться не надо,

Вирсавия, сразу же ты отдалась.

Для совести нету преграды.

Как у коня под хвостом вожжа,

Кого же любить и кого уважать.

2010