Леда и лебедь

                                          П.Рубенс. Леда и лебедь

* * *

Возьми свяжи концами нить,

Нить, пробегающую мимо,

Чтоб как-нибудь осуществить,

Что вовсе неосуществимо.

Из кухни в космос никого

Не вывести, хотя б хотелось,

В скафандре даже для того

Сначала разместивши тело.

Художник, этот образ твой

В реальность вписан очень слабо

Ведь даже лебедь молодой

В оргазм живой не вгонит бабу.

Ах птица эта так бела,

Ах эти ласки так любимы.

Но это разные тела.

Тела... Тела несовместимы.

Возьми свяжи концами нить,

Нить, пробегающую мимо,

Чтоб как-нибудь осуществить,

Что вовсе неосуществимо.

 Сонет 265. Леда

Бледнеют краски выцветших легенд

Покуда лодка Леты у причала,

А память все мечты минувших лет

Лелеет без конца их и начала.

Искусство вяжет, тянет свою нить

И как не посмотри на это снова,

Все тщетно, невозможно отличить

Хорошее на теле у плохого.

Нас время одевает пустотой,

В которой не наметить даже следа,

Но, может быть, я, может, лебедь твой,

Ты – мне судьбой дарованная Леда.

Спасибо хоть за то, что сказка эта

Наследие твое, мифическая Леда.

Сонет 266

Уходят в Лету годы без следа,

Уходят люди, не оставив следа,

Вон к Леде лебедь залетел когда,

А нам досель жива легенда эта.

Нам всем мечта – испить любовный яд.

А лебедь белый только знак наружный.

От чувств любовных трудно устоять,

Не в силах даже женщине замужней.

Лишь только замерцает благодать –

Так тщимся ухватить с шипами розу.

Ах птица-лебедь. Лебедь. Где. Куда.

Как лучше лечь. Принять какую позу.

Мораль и нравственность упали ниц.

Лишь только страсть без меры и границ.

Леда и лебедь

Нам что-нибудь большое очень хочется.

Любви – так бога, если нет – тоска.

Кормленье грудью, а, гляди, молочница,

А Леде лебедь вместо мужика.

Вот анекдот. Ну прямо в строки сунется,

Как будто Леде этот дан совет.

Вано, скажи, Вано, ты любишь курицу.

Покушать – да, а чтобы так − то нет.

Есть телевизор, интернет и радио.

Но хочется до смерти прямо нам

Изобразить все это безобразие,

Как некий возвышающий обман.

Судьба бежит дорогою, проложенной,

Но исчезает словно буква ять.

Залезешь в кар с ободранною кожею,

Хотя не можешь каром управлять.

Видение

Сонет 261

Обычно вещи мы рассматриваем с фронта,

А я гляжу почти с обратной стороны,

И кажется иным, что это просто фронда,

Как будто бы гляжу на них я, впрямь, с луны.

Опять же здесь вопрос, что мы воспринимаем,

Кто видит белый цвет, кто черный или как,

Кто жизнь прожил в раю иль по соседству с раем,

Тот видит все не так, как брошенный в Гулаг.

И что тут не случись – у всех различны мненья.

И даже до того – простое не понять,

И некий талмудист напишет объясненье,

Покажется, что корм был точно не в коня.

Обычно вещи мы рассматриваем с фронта,

Коль с задней стороны, так скажут – это фронда.

2013

Сонет 241

Ну что с того, что заполняют вещи,

Как сельди в бочке, все мое жилье,

Судьба моих ты забирала женщин,

Кого живьем, кого пронзив копьем.

Ну что с того, что нынче стал я вещим,

Событий вижу внутреннюю связь.

Лишь только был с любовью я повенчан –

Ты рвала все, промчавшись, озверясь.

Лишь только с виду я кажусь беспечным,

Так поле покрывает полова,

И сыплются на согбенные плечи

Негромких песен грустные слова.

Льет солнце свет еще над головой,

Но нет любимой рядышком со мной.

2012

Сонет 244

Каких людей размытые черты

Являются среди воспоминаний

О жизни, растворившейся, как дым

Костра, где прогорел огонь желаний.

Пожалуй, люди те давно мертвы.

Лишь облик сохранившихся преданий

Остался, позволяя с высоты

Взглянуть на стены виртуальных знаний –

Осточертевший вычурный реликт,

Приобретенный давнею порою,

Который память все еще хранит,

Еще хранит седою головою.

И как приятно нынче или днесь,

Что в прошлом можно что-нибудь прочесть.

2013

Сонет 262

Для тех, кто слеплен из земного теста,

Не помогает перемена мест.

Желанье выражения протеста,

Как юношам желание невест.

И дом жилой, не дом, а катакомбы,

Энергия на много киловатт

Нацелена на сотворенье бомбы,

Чтоб жизни окружающих взорвать.

Вот так и ты весь в облаке дурмана,

Борясь с обманом точно, как бомбист,

Зациклился на облике Обамы,

Как некий оборзевший террорист.

Пойди к врачу, быть может, по плечу

Тебя покуда вылечить, ...

2013

Сонет 263

Всегда легко обман предпологать,

Ведь каждый был обманутым когда-то.

Другие не помогут берега,

Далекая на отгородит дата.

В обмане, как в тюрбане, голова

Заботливо стоит на карауле.

Жены моей последние слова,

Она скзала: всех нас обманули.

Обман подчас неразличим на вкус,

Под истину подделан очень ловко.

Просил я пшенку, выдала кус-кус

На завтрак мне любезная золовка.

Один вопрос, а где к нему ответ.

Как из обмана вылезти на свет.

2013

Сонет 264

Она сказала, знаешь, милый мой,

Подчас все вещи в заданном размере.

Наверное, нам выдано судьбой,

Чтоб для него мы открывали двери.

Он только взглядом намечал свой путь –

У нас в руках уже дверные ручки.

Приятно было двери разомкнуть

Без всякого желания получки.

Но что-то ты у входа в новый терем

Остановилась, бросив, милый мой,

Уж не пора ли отойти от двери,

Тихонечко направившись домой.

Весельем обернулись все потери,

Теперь другие открывают двери.

2013

Сонет 253

Ужель бывает, чтобы смысл глубокий,

Души живые обнаживши раны,

Тумана пелену в струе обмана

Заплел бы в убегающие строки.

Возможно, это просто невозможно.

Как будто в пол заделанные лаги

Мы тексты, что находим на бумаге,

Обычно принимаем непреложно.

Я думаю, всегда писатель вправе

Так мастерски свою построить фразу,

Чтоб истина сияла там алмазом

В кольце на пальце в золотой оправе.

Известно все же, люди, без труда

Не вынуть даже рыбку из пруда.

2013

Сонет 256

Я, как бурлак, вожу свою баржу,

А надо мною меч Дамоклов виснет,

И вижу, что из жизни ухожу

Неудержимо и еще при жизни.

Мне больше не хватает куражу

Не замечать отметины на теле,

Когда бессонной ночью я лежу

На постаревшей выцветшей постели.

Как быстро вниз бежит моя стезя

На этом предпоследнем переходе

И в стороны идут мои друзья,

Друзьями, впрочем, бывшие лишь вроде.

Но знаю: утром мне пришлет привет

В окно впорхнувший радостный рассвет.

2013

Любовь по скайпу

Б. Шаляпин. Обнаженная

Счастье, мое мнение, нам недостижимо,

Пролетает мимо словно самолет,

А когда ухватишь, чтоб оно не мимо,

Краткое мгновение, да и скользкий лед.

Чувство обитает в сиське или письке,

Говорят, бывает даже целый год.

Чудеса случались и по переписке.

Думаю, по почте – это от невзгод.

Тут один недавно полюбил китайку.

Полюбить китайку, что-то тут не так.

А сосед мой Петя любится по скайпу.

Кажется мне, парень истинный чудак.

Захожу недавно, затряслись все жилы,

У него компьютер на большой экран,

И гляжу там баба, баба обнажилась

И легла нагая на цветной диван.

Я от этой сцены весь застыл в тревоге.

И стою в тревоге около дверей,

А нагая баба разбросала ноги

И лицо такое – ну давай скорей.

Счастье, мое мнение, нам недостижимо,

Пролетает мимо словно самолет.

Только эта баба целится не мнимо.

Ей теперь по почте Петя деньги шлет.

5 июля

Сонет 260. 5 июля

Друзья мои, я просто ухожу
От этого, не поделившись с вами,
Ведь невозможно выразить всю жуть
Какими-то обычными словами.

Проходит время. Нудно, как вранье,
Забвение, покуда чувства меркнут,
И кружится все ближе воронье,
Высматривая следущую жертву.

О Господи, даруй душе покой,
Прими, покой, меня в свои объятья.
Ведь невозможно встретиться с другой --
Единственной, как ты, Катюша, Катя.

Проходит время. Нудно, как вранье,
Забвение. И кружит воронье.

Баллада 25

Мы ветром наполняем паруса
Иль за конями мчатся наши сани
И сзади остается полоса,
Которую мы заполняем сами.
За нами результаты наших дел,
Судьбою предназначенные сделать,
А то ли это, то, что сам хотел,
Не черным ль стало, что казалось белым.

Кто в мраморе, а кто возведен в сан,
Кто был в тюрьме, а кто на поле брани,
Кому досталось видеть чудеса,
Кому вослед лишь всплески грубой брани.
Кто прошагал легко по грудам тел,
Кто о своем всегда нудился теле,
Кто пред другим прополз на животе,
Чтоб черное по жизни стало белым.

Какой судьба нам выдала устав,
Какой и где мы посетили саммит,
Где отдыхали, от трудов устав,
Какими зацелованы устами.
Каков же совершений всех удел,
Достойны ли, чтоб возносилась стела,
А то ли это, то, что сам хотел,
Не черным ль стало, что казалось белым.

Мой милый друг, я очень старым стал
И лишь в строках подчас казался смелым,
Но, можеть быть, старался неспроста,
Чтоб черное по жизни стало белым.

Песни

Дорогой читатель, я делаю попытку показать тебе четыре песни -- Лилит, Гитара, Вечер и Отрада. Музыка моя, стихи мои, пою я. Играет на гитаре Александр Варавко. Видео сделала
моя внучка -- Anna Saul.

1.                               http://www.youtube.com/watch?v=3vFd1FXsAsA&feature=youtu.be

2.                               http://www.youtube.com/watch?v=gHME1zokbfc&feature=youtu.be

3.                               http://www.youtube.com/watch?v=7JeP0xfCCPg&feature=youtu.be

4.                               http://www.youtube.com/watch?v=OgUB2BYJ1bc&feature=youtu.be

Конец света

Мы тешимся любовью.

От этого явленья

Все больше поголовье

Земного населенья.

Мужик в творении ловкий

К утру спешит с кровати,

И – побежал с винтовкой

К детишкам, убивать их.

И каждый, даже скверный,

Прет бабе сиськи тронуть,

А производство спермы,

Глянь, больше, чем патронов.

Убийство маломерным

Совсем невыносимо.

Для этого, наверно,

Создали Хиросиму.

Но бомба в морду тычет.

Игрушка словно нарды.

Убили сотню тысяч,

А надобны миллиарды.

Мы тешимся любовью,

Чирикая, как птицы,

Включая мудрость совью –

Достанет ли пшеницы.

Но не темнеют дали,

Волнения – уродство,

Ученые создали

Ей перепроизводство.

Наука вдаль стремится,

Чего не напорола,

Глядите, из пшеницы

Нагнали этанола.

Все больше поголовье.

От этого явленья,

Скажу я без злословья, −

Земное потепленье.

Разъярилась природа,

Бушуют грозы, бури,

Тому еще полгода

Нью-Йорк едва не сдули.

Все ж страшно перед новью:

Ведь сменятся активы.

Используйте с любовью

Всегда контрацептивы.

Абажур Победы

Я тоже для Скойбеды абажур.
Пусть этой гаде, право, станет легче,
Поскольку я совсем не нахожу
Отличия промеж СС и Смершем.

И все же, как приятен этот вид,
Открывший душу милой всем Скойбеды,
Как видим, эта гада говорит
От имени изгаженной Победы.

Пускай теперь над Рашей абажур
Сияет, утверждаясь в новой силе,
Тогда хотя б мозгам докатит жуть,
Кого же и когда вы победили.

Мама

Сонет 257

Опять весна. Деревья расцвели,

Покрылись зеленью и потянулись

К свету. Трава пробилась из земли.

У телефона я сижу на стуле.

Ах мама, мама, жизни моей нить,

Ах океан, ах, ах, какие дали,

А трубку снять и маме позвонить

Мне некогда, мне времени не дали.

Бегут по клеткам дни календаря,

Сменяются закаты и рассветы,

А той, которой я благодаря

Живу, сказать два слова уже нету

И двух минут. Такие пироги

Испечены. Хоть память береги.

Мама

Живем, живем, живем, а кто с тобою рядом.

А кто с тобою рядом. Один большой вопрос.

Из Раши уходя, я взял твои награды,

В один большой мешок и на помойку снес.

Далекие года, совсем другие дали,

Другого неба цвет. Зеленая трава.

А рядом за столом, напяливши медали,

“Герои“ прошлых лет, как в поле полова.

Живем, живем, живем, пока бежит водица.

А кто с тобою рядом. Один большой вопрос.

Уже к закату жизнь – и только тем гордиться,

Лишь только местом, где родиться довелось.

Года, года, года, идут по склону люди.

То солнца льется свет, а то кропит дождем.

Как было б хорошо украсить наши груди

Наградами страны, в которой мы живем.

Margot Woelk

В памяти хоть за сто лет
Что-нибудь останется.
Этот фюрер-людоед --
Вегетарианец.

А в мозгах имел изъян,
Страхами приправленный,
Он боялся англичан:
Ими быть отравленным.

И забот промежду всех
В своем волчьем логове
Отобрал пятнадцать дев,
Чтобы пищу пробовать.

Ты куда, куда вела,
Должность очень важная,
Думаю я, что была
Служба эта страшная.

Так тянулся путь земной,
Завершившись бомбою.
Ты удрала, за собой
Бросив жизнь бездонную.

А когда взошел посев
И пришли спасители,
Расстреляли девок всех,
Даже рук не вытерли.

Май, конец войны, пригож.
Каждый ли помилован.
Ан нашли тебя и что ж --
Принялись насиловать.

Память словно острый нож.
Я сижу кумекаю.
Твоя исповедь -- живешь
Долбанной калекою.
 

Матрешка

Сонет 247

Насыпались, как прошлогодний снег,

На плечи позабытые печали

И твой давно уж не звучавший сленг

Из прошлого ко мне опять причалил.

Как кубики сложились этажи,

А жизни смысл остался обесточен.

Глядели окнами ночные витражи

На лужи вдоль нехоженных обочин.

Во тьме ночи все продолжала течь

И мнилась четкой вовсе не размытой

Твоя ко мне направленная речь

С обидою какой-то, неприкрытой.

И твой портрет, висящий на стене,

Вдруг показалось, улыбнулся мне.

Сонет 248

Глядишь – ну просто прокурор.

Не напрягайся зря, дурешка.

Ты деревянная матрешка,

В тебе матрешечный набор.

Почто не так, неровен час.

Иль сладость жизни, или жалость,

Непустоты тебе досталась

Всего лишь маленькая часть.

Какие краски, гладок лак.

Ты деревянная матрешка,

Тебе цена всего лишь трешка,

А я люблю тебя, дурак.

День угасает, свет погас,

Сжигает с воем хитер газ.

Сонет 251

Жизнь иногда покажется нам глупой,

Обманет если, сразу на все сто.

Вот, положила мне к тарелке с супом

Покушать, ложку чайную на стол.

И чтоб остаться хоть немножко сытым,

Я покупаю этот весь дурдом,

Черпаю из огромного корыта

Похлебку с широко открытым ртом.

И снова я ничтожен, мелкий карлик,

И дольками, уже потерян счет

Которыми, разжевываю гарлик

Зубами, что не выпали еще.

Жуй ананасы, рябчиков жуй.

День твой последний приходит, буржуй.

Сонет 253

Ужель бывает, чтобы смысл глубокий,

Души живые обнаживший раны,

Тумана пелену в струе обмана

Заплел бы в убегающие строки.

Возможно, это просто невозможно.

Как будто в пол заделанные лаги

Мы тексты, что находим на бумаге,

Обычно принимаем непреложно.

Я думаю, всегда писатель в праве

Так мастерски свою построить фразу,

Чтоб истина сияла там алмазом

В кольце на пальце в золотой оправе.

Известно все же, люди, без труда

Не вынуть даже рыбку из пруда.

Сонет 254

Засвербело что-то тело,

Поработать захотело.

Ляжь скорее, идиот,

Это, может быть, пройдет.

Я разлегся на диване

В устремлении к нирване.

И свербению назло

Мне лежанье помогло.

Чтобы сбросить с плеч заботы

О желании работы,

Путь простой, предельно сжат −

Надо только полежать.

И для этого мне дан

Восхитительный диван.

 Сонет 256

Я, как бурлак, вожу свою баржу,

А надо мною меч Дамоклов виснет,

И вижу, что из жизни ухожу

Неудержимо и еще при жизни.

Мне больше не хватает куражу

Не замечать отметины на теле,

Когда бессонной ночью я лежу

На постаревшей выцветшей постели.

Как быстро вниз бежит моя стезя

На этом предпоследнем переходе

И в стороны идут мои друзья,

Друзьями, впрочем, бывшие лишь вроде.

Но знаю: утром мне пришлет привет

В окно впрхнувший радостный рассвет.

 Баллада 23

Неумолимо с угасаньем чувства

Кончается звучанье песнопений.

Ужели же и письменно и устно

Я перестану говорить со всеми,

Внимавшими загадочному слову,

Чтобы желаний призрачные тени, 

Терзающие память вновь и снова,

Ложились на заросшие ступени.

Один грущу, с тобою пустотою

Заполнено пространство. Раздвоений

Число растет с такою быстротою,

Что сонм советов, мнений, откровений

Остался, как измятая полова,

Чтоб отзвуки нескладных наслаждений,

Терзающие память вновь и снова,

Ложились на заросшие ступени.

Жду доктора. Сижу уже устало.

Я ожидаю, жажду излечений

От всех болезней. С чистого листа ли

Я понимаю всю тщету мучений –

Подарок мне от доктора седого,

Чтоб мысли, набежавшие по теме,

Терзающие память вновь и снова,

Ложились на заросшие ступени.

Мой друг, нам не найти нигде иного.

Везде мечты желаний и хотений,

Терзающие память вновь и снова,

Ложились на заросшие ступени.

 Баллада 24

Больной вопрос – чем кончить, где начать,

Шагающим по жизни неумело,

Чтобы частей отмеренная часть

Намеренно бы возносилась стелой,

На шпиле где Борух и Адонай,

Пойди узнай, какой из них который,

Хоть сколько, напрягаясь, не читай

От времени зашоренную Тору.

Как разглядеть незрячему очаг –

Рисунок на асфальте детский мелом,

Зане не помешать ему кричать,

Как хорошо, как он прекрасно сделан.

Узнаешь ли, помешивая чай,

Как создан мир был и в какую пору,

Хоть сколько, напрягаясь, не читай

От времени зашоренную Тору.

Ведь нынче и хожденье по врачам

Является совсем другим уделом,

Других лечений новая печать

Лекарством, предназначенным для тела.

Ведь сколько новых средств, вот сосчитай,

И только для сердечного мотора,

Хоть сколько, напрягаясь, не читай

От времени зашоренную Тору.

Ты, милый, все же не залезешь в рай,

Ошарпанную не покинешь нору,

Хоть сколько, напрягаясь, не читай

От времени зашоренную Тору.

Михаил Бекетов

Хотя б залезть с коляски на кровать...
Как будто снова рядом жизнь померкла...
Ты вновь, как прежде, вновь, Россия-мать,
В себе опять возводишь изуверства.

Опять закон за гранью рубежа,
Опять вокруг царит живая дикость,
Ты все-таки не в силах убежать
От гадости, что с древности привита.

Я грустной боли не могу сдержать,
Когда к тебе свой взгляд верну порою,
В могилах тесных вдоль судьбы лежат
По всей длине безвинные герои.

израиль

***
Мне пугалом с чужого огорода
Представится вдруг прошлое, смеясь,
Я не хочу, чтоб на челе народа
Не вымытой осталась где-то грязь.

Я не хочу на согбенные плечи
Напяливать меха из соболей,
Чтоб где-то рядом прозвучали речи:
Как выпендрился, погляди, еврей.

Но я хочу пройти по жизни честно,
Преодолев пустыни рубежи,
Так все же, Боже, предоставь мне место,
Где на планете можно мирно жить.


Сонет 252. Гамла

История свои раскинула страницы,
Представшие вдали картиной миража.
Пусть эти витражи позволят сохраниться
Давно минувшим дням, пусть в памяти лежат.

Мы видим здесь хранит свои горбы природа,
Здесь, видим, не растет зеленая трава,
Но здесь произросло стремление народа
Иметь и сохранить на жизнь свои права.

Покуда солнца свет на Землю будет литься
Всегда взойдет вопрос, один, предельно сжат,
Как правильно ль лежат различных стран границы,
Голанских склоны гор кому принадлежат.

Представшие вдали картины миража
Давно минувших дней пусть в памяти лежат.

Отраженье

Сонет 230

Я думаю, я знаю,
Что есть такой закон:
Всегда переступаем
Мы некий Рубикон.

И чуть не в тот же день я,
Как сделал, свет погас,
Всю меру осужденья
Вкушаю всякий раз.

Поскольку слышу в грае --
Что натворил, то ешь,
И нудно отмываю
Заплеванную плешь.

И все же без труда
Нет рыбки из пруда.


Сонет 231

Дорога извивается
Под жизненной порошею.
Плохое забывается
Скорее, чем хорошее.

С того ль в разгаре лета я
Одни лишь помню сладости.
Ель, зеленью одетая,
Твои забыла гадости.

Усыпанная шишками
Рассветом умывается,
У выжатых, но выживших
Плохое забывается.

Плохое отгорожено
Стеною от хорошего.


Сонет 232

Сколько теперь забот простых
Покуда откроешь дверь.
Сзади за мною мосты, мосты
Через моря потерь.

Памятью только слегка потруси
Сразу поток густой.
Помнится, как уходил из Руси
С сумкой совсем пустой.

Время. Года. А нынче весной
При всем обилии чар
Машут деревья зеленой листвой
В уже отзвеневший март.

Сколько теперь забот простых,
А сзади за мной мосты, мосты.


Сонет 233

Я не хочу -- оплатою услуг,
Я не хочу, чтоб небо помрачнело,
Но чтоб очерчен был последний круг
Дерзающим предназначеньм тела.

Я не хочу, чтоб жал тебя испуг,
Я не хочу, чтоб утро вечерело,
Но чтоб касания моих тяжелых рук
Еще желало трепетное тело.

Меняются листы календаря,
Меняется за окнами погода,
Но чувствами живыми одаря,
Еще цветет мне вечная природа.

Но знаю я, что мне не превозмочь
На землю ниспадающую ночь.


Сонет 235

Каркас волос твоих златых увит
Необъяснимой мнимою облаткой
И вид привычный все же норовит
Очаровать обыденной укладкой.

Нам зеркало являет внешний вид,
Что там внутри, останется загадкой,
Что б ни мерцало, вряд ли сохранит
Наружный облик, неприменно сладкий.

Мы состоим из разных половин,
Едва ли обнаруженных врачами,
И я другой внутри, и не один,
Вещающий различными речами.

Но, милая, греши иль не греши,
Я зеркало твоей живой души.


Сонет 236

Такая жизнь, греши иль не греши.
Я не хочу повторного рожденья
За весь доход, грошей моих гроши,
Хочу тебя лишь только, что ни день я.

Мне новый день, как новая беда
По миру бесконечными кругами,
Лучи светил истоптаны всегда
Твоими необутыми ногами.

Вот стаи туч, а вот опять просвет,
То солнца свет, а то и тени нету.
Все режешь из бумаги трафарет
Ответа буквы красить, как конфету.

Как шариками пролитая ртуть,
Все мельтешишь, меня чтоб обмануть.


Сонет 237. Отраженье

Глянь в зеркало. Там только внешний вид.
Лишь только обращенное наружу.
О чем душа твоя мне говорит
Я обнаружу, тело не разрушив.

Всего лишь миг мерцание зеркал,
Скользящие секунды и минуты.
Твоей души я отклики вбирал
И сохранил, как в памяти компьютер.

Посылы ласки и уколы жал,
Любое мимолетное движенье.
Я это все послушно отражал,
Во мне твое лишь только отраженье.

И нынче не скрывай и не юли --
Мной отражен теперь конец любви.


Сонет 238

В каких печах расплавленная медь
Окажется в поношенных котомках
Чужих певцов, чтоб звонко прозвенеть
В чудесных песнях для седых потомков.

Каких поэтов желтые слова
Окажутся знамением пророчеств
В тех странах, где чужие племена
Не знают ни отечества, ни отчеств.

В каких форматах отблески зеркал
Отобразят исчезнувшие лики.
Что я нашел и что не отыскал
У мудрецов из прошлого, великих.

Лишь камни у запущенных могил --
Вот весь итог, что путь мой сохранил.

коммуна

* * *

Вы, здесь наперебой снующие у кассы,

Где воздух весь фудстемпами пронизан,

Кричите все, кто дисконтом, кто бассом:

− Ой не хотим, чтоб был социализм.

Под кровлями Престижа или Дачи,

Разматывая жизненную скуку,

Плюете в тех, кто весь набор подачек

Влагает в ваши скрюченные руки.

Мне чувство омерзения знакомо,

Хоть я не Баффет и, отнюдь, не Сорос,

Но чтобы я когда-то за мормона

Отдал бы свой электоральный голос?

Народ американский, между прочим,

Не разобрав российского жаргона

У публики, оравшей громко очень,

Остался в лоне мудрого закона.

Патриарх

Мир тесен, крепнет теснота,

Теснее всеединство,

А мы все чаще изо рта

Вываливаем свинство.

Чтоб не скуднело у креста,

Его преосвитейство

Молитвой, осквернив уста,

Затрахал иудейство.

Четыре века пышет пыл,

Все не остынет это –

Святой младенец Гавриил,

Напитанный наветом.

Мир тесен, крепнет теснота,

Теснее всеединство,

А мы все чаще изо рта

Вываливаем свинство.

Судилище

Пусси Райот

Словно стадо злых баранов

Куча братьев и сестер

Возрождают неустанно

Инквизиции костер.

Мракобесию в угоду,

Грузно сбросив тяжесть с плеч,

Собрались теперь свободу

На костре под пенье сжечь.

Принесли сухие ветки

По указу главарей.

Суд идет. Девчонки в клетке

В окружении зверей.

Недоступна, чай, обнова.

Я, когда не оглянусь,

Убеждаюсь вновь и снова,

Что за гнусь святая Русь.

Мракобесие

Время крутится вспять опять.

Размеры почти не в меру.

То, что умному не понять,

То дураку на веру.

Перед свободой стоишь, сомлев,

Чтоб по былой программе

Был в каждом храме устроен хлев,

Пусть даже и в новом храме.

Себя тяжело самую всегда

Взглядом окинуть верным.

Так и тебе, вижу я, никогда

Уже не отринуть скверну.

Время крутится вспять опять.

Размеры почти не в меру.

То, что умному не понять,

То дураку на веру.

Картина маслом

Сонет 228

Казалось нам всего дороже деньги,
Да вот другая вспыхнула звезда,
Которая лишь телу наслажденье
В пьянящей страсти вынуждена дать.

Все сущее расчленено на части
И из других составлено частей,
Чтоб некое пленительное счастье
Считалось самым важным из вещей

Вращают электроны свои спины,
Отмеривая каждый поворот,
И вот предел -- другая половина
Уходит из распахнутых ворот.

И лишь мольберт, стоящий на треноге
Ждет легкой кисти нежного притрога.


Сонет 229

Текст независимо от света
Хранит неписанный завет.
Поэзией не будет это,
Когда эмоций в этом нет.

Как картою козырной масти
Удачный завершен расклад,
Так только чувства боли, страсти
Пронзят, как выстрел из ствола.

И человек, лишенный страсти,
Пусть даже всадник на момент,
Всегда окажется не властен
Над текстом, как живой поэт.

Как Божья кара за грехи,
Без страсти не создать стихи.


Сонет 230

Я думаю, я знаю,
Что есть такой закон:
Когда переступаем
Мы некий Рубикон.

И чуть не в тот же день я,
Как сделал, свет погас,
Всю меру осужденья
Вкушаю всякий раз.

Поскольку слышу в грае --
Что натворил, то ешь,
И нудно отмываю
Заплеванную плешь.

И все же без труда
Нет рыбки из пруда.

Голова

Я в мыслях нынче нищий,
Мой мозг пустой совсем.
Мне голова для пищи,
Я ею только ем.

Мой путь уже не ярок
И далеко не нов.
Мой рот простой подарок
Для вставленных зубов.

Без всякого приказа
Радею, чтоб суметь
И тридцать и три раза
Разжевываю снедь.

Я в мыслях нынче нищий,
Мой мозг пустой совсем.
Мне голова для пищи,
Я ею только ем.

Бозон Хиггса

К нам новое вовсю стучится,
Вот нечто, что рукой не тронуть.
Открыта новая частица
Намного меньше электрона.

И это, мало или много,
Суть знаний сопоставит вместе,
И обнаружит место Бога
Среди бессчетности созвездий.

Тяжел из тьмы путь, труден к свету,
Чтоб заслужить свой бюст из гипса.
Назвали как частицу эту?
Конечно же, бозоном Хиггса.